День сегодняшний

Исмет Френги

СТРАСТИ НА ПОГОСТЕ

Полуостров. - №54. - 30.01.2004.

В последний год на Бахчисарае белый свет явно сошелся клином. И не удивительно: ханская столица никогда не сможет превратиться в обычный заштатный городишко. Бахчисарай слишком хорошо помнит свою былую славу, чтобы навсегда уйти в тень.
Стало быть, нечего удивляться и очередной сенсации: «В Бахчисарае выгоняют с насиженного места целый базар!!!!!».
Сенсации – хлеб журналиста. Город в этом смысле с успехом становится колосистой хлебной нивой. Едем туда – и видим следующее…

Возбужденные деятели городского базара страстно обсуждают решение районного правительства о переносе торжища с его нынешнего места на новое. Основное возмущение торговой общественности вызывает даже не столько само перемещение (новое место не очень далеко от прежнего), сколько связанные с ним неминуемые затраты.

Базар, еще при Советах временно размещенный на треугольном пятачке, за полтора десятка лет пустил корни в землю. Тут возведены крашенные в синий цвет хибарки. Тут сварены из железа ржавые и нержавые прилавки. Тут лежит бетонный лестничный пролет, чтобы восходить и нисходить по нему, перемещаясь между верхней и нижней площадками рынка. Беда заключается в том, что местная управа, призывая торговцев переселяться, не намерена возмещать им стоимость этих обреченных на снос конструкций, за которые рыночники уплатили из своих кровных.

Среди торговцев налицо явное классовое расслоение. Самые богатые вовсе не прочь переселиться – они уже выстроили на новом месте настоящий безестан: шикарный крытый рынок с евровходом, европрилавками и евровыходом. Самым бедным нет разницы, где расстелить свой коврик с гайками и галошами: хоть тут, хоть там. Бушует средний класс: ему дороговато снова тратиться на сооружение себе новой лавки, а главное – чего ради?
Вот и мы пошли выяснять – чего ради? И выяснили вот что.

На протяжении ряда лет крымскотатарские общественники Бахчисарая (среди которых назовем, к примеру, уважаемого Идрис-ага Асанина) пытались убедить власти и горожан, что факт присутствия базара именно на этом пятачке кощунственен, поскольку этот пятачок на самом деле является древним (еще с ордынских времен) мусульманским кладбищем Азиз. То есть, торг идёт непосредственно на костях.

Как я узнал из научных описаний 1920-х гг., район Бахчисарая между нынешними «Детским миром», Подгородним (и далее, к заводам) был, по сути, огромным кладбищем и выглядел как степная пустошь с несколькими десятками жилых зданий и разбросанными там и здесь группами надгробий. Стоявший тут поселок назывался Эски-Юрт и считался отдельным от Бахчисарая селением, а окружавший его «город мертвых» именовался Кырк-Азизлер. Сейчас от тысяч могил не осталось и следа: их накрыла жилая и промышленная застройка.

Центром этого обширного кладбища было урочище Азиз, где хоронили самых важных особ: крымских ханов, их родичей и городскую знать (впрочем, были здесь и погребения рядовых граждан). Рядом с мавзолеями стояли соборная мечеть, текие дервишей и кладбищенский мимбер. В 20-м веке тут построили жилые дома и автошколу ДОСААФ – но кусочек пустыря оставался незанятым вплоть до перестройки, когда на нём временно разместили базар.

Двум из четырех сохранившихся мавзолеев нашлось «достойное» применение: дюрбе Ахмед-бея 1577 г. служит надежной опорой для синих рыночных хибарок, а дюрбе крымских ханов 1584 г., исписанное безобразиями балбесов-недорослей, отбрасывает в летний зной приятную прохладу на автомобили, массово паркуемые к нему в базарный день.

Синий сосед древнего дюрбе (фото 2002 г.; ларек снесен весной 2004 г.)

Такова версия официальной истории. Но есть и иная! В торговых рядах, как оказалось, стоят свои спецы исторической науки. Они вручили госадминистрации обращение, из которого следует: научные изыскания, проведенные ими в древних архивах, отрицают наличие на базаре какого-либо кладбища. Грандиозное историческое открытие?! Увы… Мы тоже помчались в архив, но увидели там лишь древнее фото, взглянув на которое, убедились: под базарным асфальтом действительно похоронены люди (по секрету публикуем это фото).

Собственно, власти планировали переместить рынок еще задолго до того, как прозвучали первые заявления крымскотатарских деятелей о предках, погребенных в Азизе. На то были соображения чисто градостроительного характера: колхозным фурам неудобно подъезжать к рынку, стоящему среди извилистых городских улиц. Ныне прибавились и другие аргументы: базар в жанре «шанхай» не к лицу приличному городу, и некоторые крымские мэры уже избавились (порой в административно-директивном порядке) от подобных неказистых торжищ.

И вот теперь, в канун 60-й годовщины депортации, у администрации появился реальный повод осуществить свое давнее намерение: из уст меджлиса прозвучала инициатива устроить на древнем кладбище сквер с памятным знаком. Вниманию властей были предложены проекты будущего благоустройства Азиза. Самый красочный из них неуловимо напоминал стандартную советскую «аллею славы», но это мелочи: на то они и проекты, чтобы их исправлять и улучшать. Затем свое слово сказал Бахчисарайский заповедник: мол, если уж решились что-то менять, то лучше сделать не просто сквер, а музей духовной культуры, который станет еще одной достопримечательностью города.
Затем свое отношение высказала сама госадминистрация, решив включить инициативу меджлиса в программу траурных мероприятий по годовщине депортации.
Потом с протестом выступила часть торговцев. А за дальнейшим развитием ситуации наблюдает весь Крым.

И вот, наблюдая за этим развитием, становится грустно за всех.
За бахчисарайца, похороненного тут в 17-м веке, чья могила не только снесена с лица земли, но и стала торговой площадкой.
За торговца 21-го века, которому сначала разрешили торговать и строить себе ларек, а теперь рекомендуют без компенсаций покидать место, которое он обустроил из своего кармана.
За туриста, забредшего взглянуть на уникальный (по всей Украине нет ничего подобного!) ханский мавзолей, а увидевшего провинциальный базар с мусором и ржавыми развалюхами.

За всех троих. Но из всех них всё-таки жальче первого. И вовсе не потому, что он крымский татарин (ведь крымским татарином может быть и торговец, и даже тот самый турист). А по той простой причине, что он единственный из всех троих не может выступить в свою защиту.

Исмет Френги

СТРАСТИ НА ПОГОСТЕ-2

Полуостров. - №76. - 02.07.2004.

Имя Бахчисарая вновь замелькало в сообщениях информационных агентств. Журналистам не дает покоя развитие ситуации вокруг городского рынка, расположенного на территории мусульманского кладбища в Азизе (этой темы мы уже касались, кто помнит, в феврале, в 55-м номере газеты).

Ситуация проста, как день. Местные власти, прислушавшись к настойчивым просьбам крымскотатарской общественности убрать базар с костей (а заодно и выполняя свое давнее намерение, которое возникло задолго до обращений общественности), приняли решение о переносе рынка в более подобающее место. Но, как и полагается у нас в стране, все добрые намерения претворяются в жизнь по-советски неуклюже.

Рыночники, которые в свое время за личный счет обустроили коммунальное торжище, с основанием ожидают, что власть, призвавшая их к перекочёвке, компенсирует им понесенные затраты. Но никаких компенсаций за покинутые торговцами ларьки и лавки не предусмотрено. Это их и возмущает: платили-платили сборы, построили всё за свои кровные, а теперь...

Никакого «национального вопроса» поначалу не стояло. Был организационный вопрос деятелей торговли к деятелям власти: тратиться лишний раз из собственного кармана не любит никто, вне зависимости от этнического происхождения. Потому-то с различными возражениями против дорогостоящего переселения без компенсаций выступали представители всех национальностей, стоящих в торговых рядах.

Но, видимо, есть еще одна категория деятелей, которая неудержимо мечтает, чтобы запахло палёным. И по всем признакам, она начала аккуратно выводить дело в межнациональную плоскость. Это ей, похоже, удается. Массы послушно последовали этой хитрой стратегии, и в конце прошлой недели в Бахчисарае уже прошло два шумных митинга по вопросу о базаре и кладбище: сначала «татарский», а затем и «русский» (впрочем, тут не так всё просто с первенством: бумажки, приглашающие желающих на второй «форум», появились на столбах еще до того, как был созван первый).

Примечательно, что поменялся и акцент в аргументах противников перехода. Вместо экономических соображений зазвучали «исторические»: некие любители исторических наук (то ли непосредственно стоящие за базарными прилавками, то ли приглашенные со стороны) высчитали: никаких татарских кладбищ под базаром нет и быть не может. Копните и посмотрите: под рыночным асфальтом всего полметра грунта (а то и меньше), а глубже идёт скальный массив, камень, какие кладбища в скальном грунте? хватит врать, никаких тут кладбищ; сидели здесь и будем сидеть!

Раздраженная власть, уставшая от бесконечных криков под окнами и не знающая, что отвечать на аргументы тех и других, обратилась с запросом к организации, которая по долгу службы и должна знать все до единого старинные кладбища в этих местах: к Бахчисарайскому историко-культурному заповеднику. Так было тут кладбище, как утверждают татары, или нет, в конце концов?

Заповедник оперативно ответил солидным протокольным Научным заключением (причем с картинками, да не с какими-нибудь там, а с фотографиями и картами 1910-х и 1920-х годов из собственных архивов).
Этот интереснейший документ недавно оказался у нас в руках. Познакомившись с ним, мы узнали много нового и подчас неожиданного. С его содержанием стоит познакомить и читателей. (а также посетителей этого сайта. "Научное заключение БГИКЗ" можно скачать в формате *.pdf, 2038 Kb - О.Г.).

Рассмотрим научное заключение повнимательнее.
Во-первых, выясняется, что кладбище Азиз (то самое место, где бурлит возмущенный базар) и кладбище Кырк-Азизлер – совершенно разные местности. Кырк-Азизлер – это загородная территория, лежащая между железнодорожной магистралью и горной грядой. В прошлом эти два кладбища различали совершенно четко. То есть, наши общественники совершенно напрасно называют базарную площадь «Азизлер». Ее имя – Азиз, в единственном числе. А еще вернее – Азиз Мелек-Аштера (кстати, в историческом разделе сегодняшней газеты публикуется статья Олексы Гайворонского о том, кто такой был Мелек-Аштер – читайте на стр. 11).

Во-вторых, научные работники из Ханского Дворца собрали все, какие были, упоминания об Азизе из старинных описаний, заметок путешественников, научных трудов и путеводителей. Эти тексты однозначно свидетельствуют: площадь между тремя большими дюрбе Азиза была в старину покрыта памятниками.

Вот, например, как пишет об этом в 1793 г. знаменитый Петр Симон Паллас (немец, побывавший в Крыму при Екатерине II и подробно описавший весь полуостров): «Окна и дверь новейшей и красивейшей из этих ханских усыпальниц, покрытой купольным сводом, (т.е. Большого дюрбе Мехмеда II Герая – ред.) были отделаны наличниками из белого с серыми прожилками мрамора, его следы еще приметны; невежественные руки кощунственно выломали большую их часть для обделки каминов. Между этими строениями находятся многие надмогильные столбы и камни, из коих немало мраморных с листовым орнаментом лучшего вкуса. Как бы то ни было, в настоящее время деревенские татары внимательно блюдут за этими остатками, чтобы уберечь их от конечного истребления».

Или возьмем В. Кузьменко, 1918 г.: «Дорога поворачивает вправо по довольно ровной и пустынной местности и, наконец, подходит к предместью Бахчисарая Азис («святой») с его двумя мавзолеями, старинным татарским кладбищем и мечетью ханских времен».

Слова Палласа и всех прочих, кто писал о наличии здесь кладбища, полностью подтверждаются фотографиями 1920-х гг. Например, дюрбе Ахмед-бея (что сейчас стоит на огороженной нижней площадке рынка) предстает на снимке в плотном окружении надгробных памятников, заполнивших весь двор до самой ограды. Фотография развеивает последние сомнения в том, что ныне под асфальтом здесь действительно закатаны мусульманские могилы.

Стало быть, базар стоит на костях? Стоит. Но как же тогда с полуметровым слоем грунта, в котором не вырыть могилу?
Очень просто. В том же документе приведена интереснейшая фотография 1910-х гг. На ней (правда, не очень качественно) показана территория нынешней базарной площади. По фотографии видно: та часть площади, которая сейчас называется «верхней площадкой» выглядит как ровный пустырь, на котором не видно каких-либо памятников. И это вполне объяснимо: грунт там действительно мелок, полноценную могилу не сделать.

А вот на нижней площадке – не мелок. И она, как показывает фото, обнесена стенкой. За стенкой – двор с дюрбе Ахмед-бея. А что находилось в этом дворе, мы уже видели на предыдущем фото: там сплошным массивом стояли памятники.

План этого двора есть на официальной городской карте 1914 года (на этом же плане, к слову, изображены и надгробия вокруг Большого дюрбе – правда, на снимках того же самого дюрбе 1920-х гг. нет уже никаких надгробий: вероятно, все они были разрушены в революцию).

И вот, глядя на план двора и его фотографии, нетрудно убедиться, что на костях стоит не только нижняя часть рынка, но и гараж бывшего ДОСААФа, который поднялся на месте снесённой мечети.

Итак, ситуация проясняется: кладбищем в Азизе были заняты два участка. Первый вплотную примыкал к стенам Большого дюрбе. А второй располагался на нижней площадке рынка, которая раньше была огороженным двориком при мечети. Но этот дворик охватывал не только половину нынешнего базара, но и часть досаафовского гаража. Вот вам и новая задачка: если древнее кладбище занимало полбазара и пол-ДОСААФа, и если на этом кладбище решили делать достойный мемориал, то как быть теперь?

Мы задали эту задачку Заповеднику, позвонив туда. Но из Ханского Дворца нам любезно ответили, что функция Заповедника – дать точную и обоснованную информацию, где именно располагалось кладбище и располагалось ли вообще. И такая информация дана, причем исчерпывающая. А конкретные вопросы раздела городских земель – это компетенция других органов.
В другие органы мы не дозвонились – телефон был занят, там шел напряженный рабочий день.

Научное заключение памятникоохранного учреждения, подготовленное по запросу государственной администрации и утвержденное Научным советом – это не просто познавательная информация, это официальный документ. И он закрывает «исторические» вопросы. Да, кладбище здесь было, доказано архивными материалами. Да, значительная часть рынка расположена на его территории. Да, на другой части рынка погребений не отмечено. Исходя из этого, будем переходить к практическим вопросам: как обустроить территорию, чтобы не осквернять место упокоения, чтобы не иметь в центре города вместо рынка безобразный Шанхай из сварганенных наспех кусков железа и как создать нормальные условия для работы торгующим, которые не виноваты в том, что им годами разрешали торговать на этом месте, исправно собирая рыночные сборы.

Все эти вопросы – экономические. Или, если угодно, классовые. Хуже всего то, что некие круги явно стремятся превратить их в расовые.